Главная » 2018 » Октябрь » 16
21:13
110 ЛЕТ СО ДНЯ РОЖДЕНИЯ ЭНВЕРА ХОДЖА

 

110 лет назад, 16 октября 1908 года, на юге Албании в городе Гирокастре родился Энвер Ходжа, выдающийся деятель албанского революционного движения, первый секретарь ЦК Албанской партии труда. По окончании в 1930 г. среднего образования в лицее г. Корча Энвер поступает на факультет естественных наук в г. Монпелье (Франция). В Париже, куда он затем переехал, вступает в контакт с редакцией газеты «Юманите», для которой пишет ряд статей о положении в Албании. В 1936 г. Ходжа возвращается на родину и поступает преподавателем в Корчинский лицей. В г. Корча устанавливает связи с коммунистическими группами и становится одним из наиболее активных руководителей этих групп.

После того как в апреле 1939 г. итальянские фашисты при попустительстве западных держав оккупировали Албанию, Э. Ходжа явился одним из инициаторов организации движения сопротивления фашистским захватчикам. Им была проведена большая работа в целях объединения существовавших разрозненных коммунистических групп в единую партию. Преследуемый оккупантами, Ходжа был вынужден уйти в глубокое подполье. Оккупационные власти заочно судили его и вынесли смертный приговор. После начала в 1941 г. Великой Отечественной войны Советского Союза против гитлеровской Германии Энвер Ходжа и другие деятели коммунистического движения усилили борьбу за создание коммунистической партии. 8 ноября 1941 г., в Тиране в нелегальных условиях состоялась первая конференция коммунистических групп, на которой была создана Коммунистическая партия Албании (КПА). Партия во главе с ЦК, в работе которого самое деятельное участие принимал Ходжа, выступила организатором и руководителем освободительной борьбы албанского народа против фашистских захватчиков и их албанских ставленников. 16 сентября 1942 г. в г. Пеза на конференции представителей широких слоёв албанского населения, созванной по инициативе КПА, был создан Совет национального освобождения, членом президиума которого был избран Энвер Ходжа. В марте 1943 г. на 1-й всеалбанской конференции КПА он был избран генеральным секретарём ЦК КПА. В июле 1943 г. Ходжа был назначен комиссаром Верховного штаба Народно-освободительной армии. 24 мая 1944 г. в освобождённом от оккупантов г. Пермете первый национально-освободительный антифашистский конгресс избрал Ходжа председателем Антифашистского комитета национального освобождения Албании, тогда же он был назначен верховным главнокомандующим Народно-освободительной армии. На состоявшемся в октябре 1944 г. в Берате 2-м конгрессе национального освобождения Антифашистский комитет национального освобождения был преобразован во временное демократическое правительство, а Энвер Ходжа назначен его главой. Под руководством ЦК КПА в ноябре 1944 г. был завершён разгром итальянских и немецких оккупантов. В освобождённой стране началось проведение революционных социально-экономических преобразований. После принятия народно-демократической конституции (март 1946 г.) и до июня 1954 г. Ходжа был главой правительства, а в 1946-1953 гг. – также министром иностранных дел.

В 1948-1954 гг. – генеральный секретарь ЦК Албанской партии труда (в 1948 г. КПА была переименована в Албанскую партию труда – АПТ). С июля 1954 г. – первый секретарь ЦК АПТ.

За умелое руководство боевыми действиями Народно-освободительной армии Албании в борьбе с гитлеровской Германией и фашистской Италией Президиум Верховного Совета СССР Указом от 9 августа 1947 г. наградил Ходжа орденом Суворова 1-й степени.

После XX съезда КПСС Энвер Ходжа продолжил строительство социализма в Албании, оставаясь верным идеям Маркса-Энгельса-Ленина-Сталина, подвергая уничтожающей критике оппортунизм и ревизионизм Хрущёва и Брежнева. За такую верность и критику Энвер Ходжа «заслужил» в Советском Союзе в третьем издании Большой Советской Энциклопедии (БСЭ, 1978 г.) всего 22 строчки упоминания о себе, без публикации фотографии.

Из воспоминаний Энвера Ходжа о встречах с И.В. Сталиным:

О встрече со Сталиным мы мечтали всегда, денно и нощно, с тех пор как мы ознакомились с марксистско-ленинской теорией. Это желание усилилось ещё больше в ходе Антифашистской Национально-освободительной борьбы. После выдающихся фигур — Маркса, Энгельса и Ленина, — товарищ Сталин был для нас чрезвычайно дорогим и уважаемым, ибо его указания руководили нами в борьбе за основание Коммунистической партии Албании, как партии ленинского типа, вдохновляли нас во время Национально-освободительной борьбы и помогали нам в строительстве социализма.

Беседы со Сталиным и его советы должны были явиться путеводными в нашей огромной и трудной работе по закреплению завоеванных побед.

Он с самого начала создал нам такую товарищескую атмосферу, что мы скоро почувствовали облегчение от того естественного волнения, которое нас охватило при входе в его кабинет — просторный зал с длинным столом для заседаний рядом с его рабочим столом. Несколько минут спустя после первых сказанных слов у нас было такое чувство, будто мы не беседовали с великим Сталиным, а сидели с товарищем, которого мы знали раньше, с которым мы беседовали много раз. Тогда я был еще молодым и представителем малой партии и малой страны; поэтому, для того чтобы создать мне как можно более теплую и товарищескую атмосферу, Сталин шутил и с любовью и большим уважением начал говорить о нашем народе, о его боевых традициях в прошлом и о его героизме в Национально-освободительной борьбе. Он говорил тихо, спокойно и со своеобразной, располагающей теплотой.

Оценивая правильную политику, которую проводила наша партия с массами вообще, с крестьянством — в особенности, товарищ Сталин дал нам ряд ценных товарищеских советов о нашей будущей работе. Помимо всего другого, он высказал и мысль о том, что наша Коммунистическая Партия, поскольку процент коммунистов-крестьян в ее рядах более значительный, может быть переименована в «Албанскую партию Труда». — Во всяком случае, — отметил он, — это только мое соображение, ведь это вы, это ваша партия решает.

Внимание, с которым он слушал наши объяснения о нашей новой экономике и о путях ее развития, произвело на нас очень большое впечатление. Как в ходе беседы об этих проблемах, так и во всех других беседах с ним, у меня врезалась в память, помимо всего прочего, одна его замечательная черта: он никогда не отдавал приказов и не навязывал своего мнения. Он говорил, советовал, вносил и различные предложения, но всегда добавлял: «Это мое мнение», «мы так думаем. Вы, товарищи, смотрите и решайте сами, исходя из вашей конкретной обстановки, в зависимости от ваших условий». Он интересовался всеми проблемами.

За дни пребывания в Москве, после каждой встречи и беседы с товарищем Сталиным, мы еще больше и ближе видели в этом выдающемся революционере, в этом великом марксисте также человека простого, чуткого и мудрого — настоящего человека. Он всем сердцем любил советский народ, он ему посвятил все свои силы и энергию, его ум и сердце были полны им. Эти качества можно было подмечать в любой беседе с ним, в любом мероприятии, которое он проводил — с самых важных и вплоть до самых обыденных.

Несколько дней спустя после нашего прибытия в Москву я присутствовал, вместе с товарищем Сталиным и с другими руководителями партии и советского государства, во всесоюзной физкультурной манифестации на Центральном стадионе в Москве. С какой страстью следил Сталин за этим мероприятием. Свыше двух часов он сидел совершенно сосредоточенным, следя за действиями участников манифестации, и, несмотря на то, что к концу манифестации пошел дождь и несколько раз Молотов просил его уйти, он продолжал до конца с вниманием следить за действиями физкультурников, шутить, приветствовать рукой. Помню, в конце упражнений состоялся массовый кросс. Бегуны несколько раз обегали вокруг поля стадиона. Между тем как соревнование кончалось, перед трибуной показался отстававший долговязый бегун. Он еле двигал ногами, руки у него покачивались то спереди, то сзади, и тем не менее он старался бегать. Он весь измок до последней нитки. Сталин смотрел на этого бегуна с улыбкой, которая выражала сожаление и отеческую теплоту:

— Милый мой, — обратился он к нему про себя, — иди домой, иди домой, отдохни немного, поешь и приходи вновь! Будет еще бег...

После ужина товарищ Сталин пригласил нас пойти в кремлевское кино, где, кроме некоторых киножурналов, мы посмотрели советский художественный фильм «Тракторист». Мы уселись рядом на диван, и меня поразило внимание, с которым Сталин смотрел этот новый фильм советского производства. Часто он говорил громче своим тёплым голосом и комментировал нам различные моменты из событий, происходивших в фильме. Ему особенно понравилось, как протагонист, тракторист-передовик, чтобы завоевать доверие своих товарищей и земледельцев, старался лучше узнать обычаи и поведение людей с поля, их помыслы и чаяния. Трудясь и живя с людьми, этот тракторист смог стать уважаемым и почтенным крестьянами руководителем. Сталин в этот момент сказал нам:

— Чтобы уметь руководить, надо знать массу, а чтобы знать ее, надо идти в массу.

Так мы провели несколько часов в этой столь теплой, сердечной и семейной обстановке. Как у меня, так и у всех наших товарищей глубоко врезались в память поведение и черты славного Сталина, того человека, чье имя и дело наводили страх на врагов — империалистов, фашистов, троцкистов, реакционеров всех мастей, тогда как в коммунистах, пролетариях, народах возбуждали радость и восторг, умножая их силы и усиливая их веру в будущее.

На этот раз я провел в Советском Союзе весь апрель месяц.

Несколько дней спустя после этой встречи, 6 апреля, я пошёл в «Большой театр» послушать новую оперную пьесу «О т всего сердца», которая, как мне объяснили до начала пьесы, повествовала о новой жизни в колхозной деревне. В тот же вечер пришел послушать эту оперу и товарищ Сталин, который сидел в ложе первого яруса, рядом со сценой, тогда как я сидел в ложе второго яруса, с другой стороны сцены, вместе с нашими товарищами и двумя советскими товарищами, сопровождавшими нас.

На следующий день мне сказали, что Сталин подверг суровой критике эту оперу, которая раньше некоторыми критиками искусства была превознесена до небес, как ценное музыкальное творение.

Мне сказали потом, что товарищ Сталин раскритиковал эту оперную пьесу за то, что в ней необъективно и неверно отображалась жизнь в колхозной деревне. Товарищ Сталин говорил, что колхозная жизнь в этом произведении идеализировалась, она изображалась неправдиво, в ней не была отображена борьба масс против различных недостатков и трудностей, а все прикрывалось лаком и пронизывалось опасной идеей о том, что «все идет хорошо».

Позже настоящая опера была раскритикована и в центральной партийной печати, и я понял глубокое беспокойство Сталина в связи с теми явлениями, которые носили в себе семена большой угрозы для будущего.

Из незабываемых визитов тех дней у меня врезался в память и визит в Сталинград, где, в частности, я побывал на Мамаевом Кургане. В годы антигитлеровской войны бойцы Красной армии с именем Сталина в устах защищали не то что каждую пядь, а каждый миллиметр этого кургана. Мамаев Курган был вспахан снарядами и многократно изменил облик из-за страшных бомбардировок. Из места, до прославленной Сталинградской битвы покрытого травой и цветами, он превратился в груды железа и стали, в нагромождение танков, таранивших один другой. Я согнулся и с благоговением собрал горсть земли с этого Кургана — символа героизма сталинского воина, и, вернувшись в Албанию, подарил ее музею Национально-освободительной борьбы в Тиране.

С Мамаева Кургана как на ладони можно было видеть весь Сталинград, посреди которого змеилась широкая река Волга. В этом легендарном городе на основе сталинского плана разгрома гитлеровских полчищ советские солдаты написали славные страницы, они одержали верх над нацистскими агрессорами и положили начало перелому во всей второй мировой войне. Этот город, который носит имя великого Сталина, был испепелен, разрушен, весь был превращен в руины, но не сдался.

Передо мной теперь открывался совершенно иной вид. Город, разрушенный войной, был построен заново за исключительно короткий срок. Новые многоэтажные жилые дома, культурно-бытовые учреждения, школы, университеты, кинотеатры, больницы, современные фабрики и заводы, новые, широкие и красивые улицы совершенно преобразили облик города. Улицы зеленели от молодых деревец, парки и скверы — полны цветов и детей. Я съездил и на тракторный завод этого города и встретился со многими рабочими. «...Мы очень любим албанский народ, и теперь, в мирное время, мы работаем также и для него, — сказал мне рабочий из этого завода. — Мы пошлём ещё больше тракторов албанским крестьянам, это воля и наказ Сталина».

Мы везде чувствовали любовь и уважение, в духе которых были воспитаны простые советские люди великим Сталиным, любимым и незабываемым другом албанского народа и Албанской партии Труда.

Итак, был завершён и этот визит в Советский Союз, во время которого я в последний раз непосредственно встретился с великим Сталиным, о котором, как я и раньше говорил, на всю жизнь буду хранить неизгладимые воспоминания и впечатления.

Материал подготовил Товарищ Мэлс

 

Категория: Наши новости | Просмотров: 44 | Добавил: antonshpagin11 | Теги: Энвер Ходжа, сталинцы, Албания | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]